Я выбираю маму — я отвергаю отца

Лена возвращалась домой после урока танцев, переполненная  чувством радостного парения. С мужем они не разговаривали уже несколько дней, и все же она твердо решила внутри себя, что теперь она сама будет управлять своими чувствами и не собирается эмоционально зависеть от настроения кого бы то ни было. 

Переступив порог дома, она вдруг ощутила невероятную тяжесть в голове и в груди, в горле застрял комок, и несмотря на желание сказать мужу "Привет!", челюсть оказалась буквально запечатанной. Это было сильнее её. 

Молча она последовала в кухню, чтобы приготовить ужин. В последнее время муж перестал проявлять инициативу в примирении, однако в этот вечер, видимо, надеясь на восстановление общения, произнес: "Ты что-то сказала?"

Отрицательно помотав головой, Лена с большим усердием принялась хлопотать по кухне, демонстрируя мужу нежелание общаться. Только сейчас это было не спланированным актом избегания общения, а острое чувство смятения, с которым захотелось разобраться внутри себя. 

Именно сегодня она окончательно поняла, что ссоры с мужем чаще всего инициируются ею из-за каких-то внутренних непонятных порывов и переживаний. 

С этим осознанием она пришла на приём, и в её лице появилась слегка наметившаяся мягкость, а в движениях значительно уменьшилась свойственная ей порывистость. 

С трудом нам удалось нащупать в её истории момент, который продолжает отравлять жизнь и отношения с мужем. Вспоминая события прошлого, Лена  замирает. Как будто это было вчера, отрывками, но отчетливо в память врываются слова мамы: "Видишь, папа уходит от тебя! Выбирай, с кем ты!" 

Так страшно ей не было никогда раньше. Что-то невероятно ужасное, чему она еще не отдает отчета, неожиданно вошло в ее детскую жизнь. Папа стоит у порога, такой же растерянный, даже потерявшийся, как и Лена. Маленькая девочка не знает, что от нее уже ничего не зависит, но властный голос мамы требует сделать выбор. 

"Я выбираю … маму!" Лена сделала то, чего добивалась мама: сама не желая того, там, у порога, она отвергла отца.

С тех пор комок в горле возникал всякий раз, когда речь заходила о папе. Рядом с мамой она всегда чувствовала обиду к отцу, а на расстоянии порой приходила в полное смятение от того, что в душе воскресали воспоминания о том, как папа купал ее, как гулял вместе с ней, как вечерами поддерживал ее игры. В эти минуты ее сердечко разрывалось от того, что она чувствовала, что любовь к папе — табу. 

 Точно так же и сейчас, переступив порог, она как будто снова оказалась в ситуации внутренней борьбы "принять или отвергнуть", смутно догадываясь, что нет достаточных оснований для столь разрушительных обид. 

Теперь ей предстоит попытаться встать на место отвергнутого отца и понять его чувства ненужности, а потом все большего нежелания приходить в дом, где ему не рада родная дочь.

Он навсегда запрячет глубоко в сердце чувство вины, и, быть может, постарается в другом браке не допустить, чтобы конфликт с женщиной был помехой отношенииям с детьми.

 Лена не сразу придет к душевному равновесию, детские переживания ещё будут настигать ее, и иногда она как послушная девочка будет соглашаться с мамой, что ее муж поступает подло по отношению к ней.

Однако теперь у нее появилось понимание, что ситуацию можно представить из разных точек, из разных картин мира, и быть может, способность посмотреть с разных сторон поможет ей преодолевать провалы в детский негативный опыт.

Описанная история размещается с разрешения клиента и в целях конфиденциальности предельно изменена. Любые сходства с вашей историей являются случайными. 

С вами была Анжелика Стражкова

Впервые для b17

Источник

Понравилась статья? Поделиться с друзьями: